Авторизация
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Мельниченко Василий: Аграрный вопрос. Из-за кого гектары земли зарастают бурьяном?

18.04.2014

Мы, крестьяне, землю не бросали

Статья из газеты: Еженедельник "Аргументы и Факты" № 14 02/04/2014

Василий Мельниченко, руководитель фермерского хозяйства на Урале

Земля должна быть государственной и сдаваться в аренду. А крестьянину надо вернуть орудия труда.

Никуда земля не уйдёт. Пока что эшелонами её не вывозят. Но, как только она станет частной, возможно, станут продавать. Лучше было бы, чтобы земля, как, например, в Дании, успешной сельскохозяйственной стране, в Израиле, сдавалась государ­ством в аренду.

Проблема ведь не в земле вовсе. Недальновидная политика направлена на то, чтобы русские люди перестали работать, бросили землю и, как говорит премьер Д. Медведев, стали внутренними мигрантами - переезжали из региона в регион в поисках работы.

Я устал говорить о том, что мы умеем работать. 20 лет назад людям дали земельные паи, а потом сказали: ну вот, вы же сами не обрабатываете землю, бросили её... Мы, крестьяне русские, не бросили землю - у нас отобрали орудие труда. Потянуть самостоятельно приобретение и обслуживание сельхозтехники крестьяне не смогли. Для того чтобы купить машину удобрений, довезти их до полей и использовать, я д­олжен нарушить 70% российских законов! Ни в одной стране мира нет запрета перевозить минеральные удобрения и применять их на земле. У нас же должна быть лицензированная машина для перевозки, лицензированная площадка для хранения, потому что это приравнено к взрывоопасным веществам. А энергоресурсы? Я лично в нашем хозяйстве восстановлю 3000 га пашни, увеличу раз в 10 производство мяса, раз в 5-6 производство овощей. Но мне нужна справедливая цена на электроэнергию! Нельзя давать Дерипаске энергию за 1 руб. 26 коп. за киловатт, а мне на ферму - за 5 руб. 80 коп. Это что, от великой любви к русской деревне?

Бред! Я не вижу проблем с землёй. А вот эти проблемы не могу решить.

На самом деле земли много, но одного желания работать на ней мало. Нужна разумная аграрная политика страны, а её пока нет. Возьмите крупные агрохолдинги. Если строят молочный комплекс на 600 голов, государство тут же компенсирует 50-70% капитальных затрат, за счёт бюджета проводятся электричество, газ, дорога и т. д. А потом оказывается, что без субсидий и дотаций эти холдинги не могут жить. Раз они спасители России, правительство даёт им деньги в первую очередь. И поэтому 70-80% субсидий и дотаций, которые якобы дают селу, перепадают агрохолдингам. А мы, небольшие сельхозпредприятия, только слышим про них. Конверт обещаний - вот вся наша субсидия. Если 300 млн субсидий выделяют на строительство комплекса, то лучше на них построить современные семейные фермы - то, на чём зиждется всё западное сельское хозяйство, - по 60 коров. Вы бы получили то же поголовье коров. Два хозяйства, может, и разорились бы, а восемь были бы счастливы и довольны, дали бы рабочие места крестьянам и то же товарное молоко, которое даёт суперэффективный комплекс. Представьте себе, что комплекс банкротится - а они банкротятся очень часто, как только надо возвращать кредиты. Все вложения пропали. И до крестьян не дошли...


Ни себе ни людям. Из-за кого гектары земли зарастают бурьяном

Индира Кодзасова, Екатерина Донских, Николай Михалёв, Фатима Шеуджен, Марина Масленникова

Статья из газеты: Еженедельник "Аргументы и Факты" № 14 02/04/2014

Земли в России - миллионы гектаров. И именно той, которая прокормила бы не только нас, но и полмира. Но вот парадокс: тем, кто хочет на ней пахать и сеять, земля недоступна. А те, кому она принадлежит, забросили её, и она поросла б­урьяном и лесами.

Евгений Василенко, фермер из станицы Каневской Краснодарского края, земледельцем оказался случайно:

- Я работал архитектором в Москве, а родители с тремя младшими братьями в станице жили. У отца было небольшое хозяйство, он с партнёрами возделывал землю, выращивал птицу. И всё было хорошо, пока не случилось горе: отец погиб. Мне пришлось вернуться. И как будто так и должно было произойти: я понял - меня земля зовёт... Стыдно и перед ней, и перед памятью отца.

День у 29-летнего фермера начинается в 7 утра, а заканчивается за полночь. Но это сейчас. Когда начинал, даже не понимал, когда спал. Днём - в поле, а по ночам документами занимался. За последние 5 лет, как пришёл в сельское хозяй­ство, ни разу толком не отдыхал.

- Говорят - земля-матушка. Да, когда она родит урожай, это так. Но поначалу она похожа на ребёнка, которого надо пестовать. Оберегать от засухи, ливней, вредных насекомых. Это завод можно закрыть на замок, на неделю уехать, а потом продолжить работу. С землёй такое не пройдёт. Чтобы был результат, всё время надо быть рядом, бережно относиться, правильно ухаживать.

В общем, пожалел фермер Василенко заброшенное садоводческое товарищество на въезде в станицу, земля которого давно заросла бурьяном. И это на такой плодородной земле, где только палку воткни да водой полей!..

- Зря надеялся. Оказалось, что мне самому нужно найти всех собственников этих участков. У каждого из них выкупить, сделать межевание, возможно, пройти через суды, поставить на кадастровый учёт, выкорчевать деревья. Представляете, сколько времени и денег на это уйдёт? Эта земля для меня станет золотой! Получается, пусть лучше она пропадает, чем работает? Мне иногда кажется, что она плачет...

И таких заброшенных земель в одном Краснодарском крае в 2012 г. было 138 тыс. га. Тогдашний кубанский министр сельского хозяйства заявил, что власти региона будут изымать неэффективно используемые земли.

- Почему бы государству документы на все эти неиспользуемые земли централизованно не привести в порядок, - предлагает Виктор Фыса, фермер, - а потом сдавать в аренду либо продавать частникам? Уверен, эффект будет. Фермеры будут заняты своим делом, а не решением бумажных проблем. 

Кто виноват?

«Только в этом году посевные площади региона сократятся на 1,5 тыс. га, причём в некоторых районах области снижение обрабатываемых земель составит до 43%», - сообщил на оперативном совещании при губернаторе Сергей Иванов, директор департамента АПК Костромской области.

Что делать, чиновник не сказал, а вот работающие на земле люди это знают.

«С 2010 г. наши суды отказываются принимать решения об оформлении земельных участков фермерам в счёт никем не востребованных земельных долей, - рассказывает Александр Лазутин, фермер, руководитель некоммерческого партнёрства «Костромской аграрный союз». - Почему - непонятно, ведь в том же 2010 г. в федеральное законодательство внесены поправки. Согласно им бывшие пайщики могут выдать доверенности главам сельских поселений, а те в свою очередь должны были до 1 июля 2013 г. сформировать новые земельные участки из невостребованных земельных долей. И что? Ничего, тишина! Чиновники прикрываются своим правом - делать или не делать. При этом они прекрасно понимают, что никакой ответственности за невыполненную работу не понесут».

- Я сама сталкивалась с таким же отношением. И, когда совсем достало, написала письмо прямо президенту. Мол, у меня сейчас около 300 баранов, для них нужны выпасы. Земли пустуют, а мой скот голодает, - делится своим секретом успеха Ирина Гайсина, директор фермерского хозяйства в Пермском крае. - 2 года шли утряски, и наконец мне выделили 120 га.

Главная ценность

Но не всем же писать письма в Кремль. Вот герой нашего материала (см. «АиФ» № 41 от 2013 г.) Алексей Соколов, фермер из Свердловской области, этой весной остался один на один со своей пашней. И решил написать лидерам партий и даже выдающимся деятелям культуры, как бы выступающим в защиту крестьян. Нет ответа! А проблема у него совсем другая: земель много, только каждый год проволочки оборачивается их полной потерей - они просто зарастают лесом.

- Меня часто спрашивают, зачем я занимаюсь делом, которое не приносит большого дохода, но в которое приходится вкладываться и вкладываться. Во-первых, я с детства приучен родителями к крестьян­скому труду. Во-вторых, я родился в этой деревне, и душа болит за неё, умирающую, за земли, которые кормили несколько поколений, а сегодня оказались никому не нужными. Я пытаюсь отвоевать их у леса. У меня 321 га земли, 80 из них засеивается пшеницей. Никому не понять, чего это стоило! С высоких трибун призывают: разрабатывайте брошенные земли, поможем! А на деле мы, фермеры, оказываемся один на один со своими проблемами. Мне кажется, государство должно быть заинтересовано в помощи начинающим фермерам. А они, в свою очередь, крепко встав на ноги, отдадут ему плоды своего труда. Разве нет в этом взаимной заинтересованности? Из кабинетов не разглядеть, чем живут фермеры. Пусть представители власти приезжают пожить с нами в наших хозяйствах, поесть из одной тарелки, выйти с нами на поля. Сегодня же всё идёт к тому, что плодородные земли сплошь лесом зарастут. Небольшие хозяйства закрываются, скоро и большие п­остигнет та же участь. Но ведь это наша земля! Земля - это хлеб, а значит, жизнь. Земля - главная ценность, которая есть у России.

Эту истину хорошо понимают иностранцы. Зарубежных владельцев и фермеров в России всё больше. Они знают: нефть и газ - это хорошо, но не замена хлебу и маслу...


Продаем страну

Пока в одних регионах никому не нужные поля зарастают бурьяном, в других за каждый квадратный метр плодородной почвы идут настоящие войны, считает Сергей Шугаев, председатель общественной организации «Сельская Россия»:

- Нашу землю потихоньку через подставные компании скупают китайцы и европейцы. Разбазариваем наш стратегический ресурс, тогда как сами могли бы его использовать при грамотном госпланировании. Что делать?

Во-первых, нужна программа мониторинга земель. Минсельхоз только-только запустил спутниковую систему слежения. Будет она работать как положено - мы сможем увидеть, где и какие площади чем засажены, какие удобрения вносятся. Тогда можно будет буквально рассмотреть необработанные участ­ки и, если они перспективные, оперативно вложить туда госсубсидии.

Во-вторых, необходимо, чтобы государство убрало бумажные препоны между крестьянами и землёй и ввело грамотное сельхозпланирование. Сельское хозяйство нельзя кинуть в рынок - оно работает на продовольственную безопасность страны.



Возврат к списку